David P. Boder Interviews Nathan Finkel; September 24, 1946; Munich, Germany

var transcription = { interview: [ David Boder

[In English] Munich, September the 24th, 193â, 1946, at the UNNRA University for displaced persons at the Deutsches Museum. The interviewee is now Nathan Finkel from Rovno, a Jewish student at the university. He will speak Russian.

David Boder

[In Russian] Аг, скол . . . Сколько вам лет?

Nathan Finkel

Мне 26 лет.

David Boder

Так. Ну, [садитесь и?] [неразборчиво] а говорите так, что [неразборчиво]. Скажите пожалуйста где вы были когда война началась.

Nathan Finkel

Когда война началась, я был в Ровне.

David Boder

Так. А были Русские в Ровне перед войной?

Nathan Finkel

[неразборчиво]

David Boder

Нет, нет, нет. Я думаю [неразборчиво] когда Ровно было в Польше.

Nathan Finkel

Да. В Польше было.

David Boder

Ну, так. Когда немцы вошли [заикающийся] в западную Польшу. Русские вошли, аг, немцы вошли в Ровно или русские вошли в Ровно?

Nathan Finkel

В западную Польшу вошли в 39-ом году немцы.

David Boder

Нет, они зашли . . . они зашли в восточную Польшу.

Nathan Finkel

В восточную [неразборчиво].

David Boder

Так и по-этому я и говорю: Русские вошли в восточную Польшу. Ну, хорошо. Вы [неразборчиво] этого времени и продолжайте тогда, скажите мне что с вами случилось?

Nathan Finkel

С 39-ого года я занимался в Ровне, потом уехал в 40-ом году в [неразборчиво].

David Boder

Ну, подождите-ка. Русские вошли в Ровно когда?

Nathan Finkel

В сентябре 39-ого года.

David Boder

Стоп! Что тогда произошел?

Nathan Finkel

Тогда я из семьи [неразборчиво]. Мы все остались на месте.

David Boder

Так.

Nathan Finkel

Опять получил работу. Я уехал в Львов заниматься. Учился в политехнике в Львове.

David Boder

И русские взяли Львов тоже?

Nathan Finkel

Тоже. И тоже западную Украину.

David Boder

Так. [прерывая друг друга] Западная Украина и . . .

Nathan Finkel

[прерывающий] Западная Украина и восточная Польша.

David Boder

Так.

Nathan Finkel

[неразборчиво]

David Boder

Так.

Nathan Finkel

В 41-ом году, в июне когда началась война между Германией а Россией, я на [неразборчиво] после начала войны, я ушел в Ровно. В Ровне был 3 месяцы всего, потому что начались очень большие преследования [неразборчиво] немцами . . . Немцами.

David Boder

Так.

Nathan Finkel

Все убрали до работы уже 6 месяцев после начала войны. Аг. В декабре месяце они уже 17,000 в течение [недели одней?] убили евреев.

David Boder

Как они убили их?

Nathan Finkel

Они [делили?] с утра всем собраться на площади только с [неразборчиво] и больше ничего нельзя было взять с собой.

David Boder

Так.

Nathan Finkel

И после всех [неразборчиво] [только вышел?], это были те которые не работали.

David Boder

Так.

Nathan Finkel

И [неразборчиво] уйти, значит от эссэсс, эссэссов [сошли?]

David Boder

Так.

Nathan Finkel

Их возили 6 километров за город. Там уже были приготовлены место для них и 3 дня стреляли и всех уже [в ям?], в ямы там, скинули и закопали.

David Boder

Так.

Nathan Finkel

Я . . .

David Boder

[прерывающий] Кто копал эти ямы и кто . . .

Nathan Finkel

[прерывающий] Явно копали украинцы.

David Boder

Так . . . Ну, дальше.

Nathan Finkel

[Им?] занимались украинцы только, а немцы только [стреляли?]. [То есть, немцы?] приказывали. Немцы имели [неразборчиво].

David Boder

Так.

Nathan Finkel

Они только приказывали. Немци [так?].

David Boder

Так. Ну, дальше.

Nathan Finkel

Ну я уже в Ровне тогда не был.

David Boder

А, где вы были?

Nathan Finkel

Я тогда убежал и еще на месяц от этого, убежал в западную Польшу.

David Boder

Так.

Nathan Finkel

Там с евреями было немного лучше, потому что . . .

David Boder

[прерывающий] В западную Польшу [неразборчиво]?

Nathan Finkel

В западную Польшу. Я убежал в город Сосновиец.

David Boder

[неразборчиво]. Так.

Nathan Finkel

Да, на Силезию. Там уже гетто было, я находился в гетте полтора года. Работал в [Скопе?], это по-немецки называли ее.

David Boder

Да.

Nathan Finkel

С утра до вечера очень тяжело и нам была особенно с пищей очень плохо.

David Boder

Ну . . .

Nathan Finkel

Так. , потому что немцы очень мало для геттов оставляли. Уже в эâ [заикающийся] в этом времени начинали [взять?] в концлагеря. Этих местностей [брали?] arbeitslagerы, значит там работали мы. [Мне?] также в 43-ем году собрали мы вместе с братом и находился я в лагере Гросс Росен на Силезии. Все время работал. Работал очень тяжело. Конечно [в селе?] [неразборчиво] [мы уже стали плохие-то?] только могут быть два человека. В бараках мы жили. Пище было очень плохо, заболевали и сотни умирали там. В одной комнате могут находиться по 100 человек, а на заводе, на фабрике, где мы работали были такие площадки мы [строили заботы?]. Очень тяжело. С нами немцы очень плохо относились.

Nathan Finkel

Работал я [всего же не имел?]. Последние два месяца перед концом войны, я уже думал, что конец со мной,, потому что несколько раз заболел, только [из-за их?] [неразборчиво] из-за слишком тяжелой работы. Работал на площадке.

David Boder

Что значит "на площадке"?

Nathan Finkel

На площадке этого строительства. Строительство военного завода. Со мной были несколько товарищей и они все погибли, потому что я был немного [попятствее??], мне удалось пережить. Мы питали кавы. Там много было кавы, это [шараговая?] кавы. Из этого [неразборчиво] гораздо заболевал . . .

David Boder

[прерывающий] вы думаете?

Nathan Finkel

[прерывающий] Кофе, кофе. Да.

David Boder

Так.

Nathan Finkel

И до этого очень много умирали. [и мешали геморрои?], а после операции не [делали?] и умирали. В другом, на Силезии там было очень много лагерей.

David Boder

Так.

Nathan Finkel

Работали там девушки. Большинства, они работали на фабриках . . .

David Boder

[неразборчиво]?

Nathan Finkel

Я в лагере этом в Гросс Росен находился до марта 45-ого года. В марте начали немцы нас [неразборчиво].

David Boder

[Сколько?] этот раз вы были в Гросс Росене?

Nathan Finkel

В этом раз я был в Росене полтора года.

David Boder

Так.

Nathan Finkel

[Эвакуировали?] нас на запад. Я попал в Бухенвальд.

David Boder

Так.

Nathan Finkel

В Бухенвальде ужасно было. Там сотни, тысячи людей, все находились там в ужасных условиях, потому что тогда переводились и не был в лагере здоровых, другой, потому что немцы бежали перед русскими. Все боялись. Мы в Бухенвальде тоже почти день и ночь находились под [огнем неба?], потому что помещений для нас не было. Так сам [успешно?] [неразборчиво] хуже. [Есть ожидает до время?] до марта 45-ого года многие сохранились [свои жизни?]. Так, последний месяц, особенно в последние дни [тысяча?] погибали [в день?], потому что [неразборчиво] не нас возили [мы с ним ехали?], а ходили пешком. Так, по дороге кто только оказывал слабость [неразборчиво], сразу убивали. Убивали. Так, что по дороге все меньше и меньше остано . . . остановились.

David Boder

Так, вот, аг, аг, вы были в Бухенвальде.

Nathan Finkel

Да. Только полтора месяца был.

David Boder

Так.

Nathan Finkel

[Я был там в конце войны?]. [Качество записи становится хуже.] Ну, тогда нас освободили и я конечно находился здесь в американской зоне.

David Boder

Так. Ну сейчас [неразборчиво] в американской зоне [неразборчиво] расскажите подробно [неразборчиво].

Nathan Finkel

Я с самого начала освобождения находился в лагере Фельдафинг. Это был специальный лагерь для евреев. Там находился [неразборчиво] [6,000?]. Условия были [неразборчиво] [нехороший?] [неразборчиво]. Американцы старались [во всяком?] [неразборчиво] [со мной?].

David Boder

Кто основал Фельдафинг?

Nathan Finkel

Фельдафинг основали Американцы.

David Boder

Вы знаете [неразборчиво].

Nathan Finkel

Нет, не знаю.

David Boder

Так, [неразборчиво.]

Nathan Finkel

[неразборчиво] Ну, потому что я пришел [позже?], я [не избежал самого начала?] и [тоже?] тогда не было.

David Boder

Так. Да.

Nathan Finkel

Я там находился в этом же лагере до января 46-ого года. В январе 46-ого года я узнал, что здесь [неразборчиво] университет. Я решил сюда приехать Мюнхен, чтобы заниматься. Получил квартиру и марта месяца [прерывая друг друга]. Частную квартиру получил.

David Boder

Вам назначали немцы?

Nathan Finkel

Мне назначали немцы, да, частную квартиру. Хорошую комнату.

David Boder

Вы что, холостяк?

Nathan Finkel

Я холостяк. Имею брата здесь. Больше никого из семи не имею.

David Boder

Откуда же брата [взял?]?

Nathan Finkel

Брат был все время со мной, в лагере тоже. [Из Щечина?] были вместе. И здесь так [неразборчиво] все время . . .

David Boder

[прерывающий] Брат что делает?

Nathan Finkel

Брат тоже занимается здесь в университете [неразборчиво] [на втором?] . . .

David Boder

[прерывающий] Аг, вы чему учитесь?

Nathan Finkel

Я учусь архитектуре.

David Boder

Так, что . . . хорошо . . . значит, брат [неразборчиво] [по следующей пошли?]?

Nathan Finkel

Заниматься.

David Boder

Так . . . Ну, а как [эти?] условия в университете, вы, аг, что . . .

Nathan Finkel

Условия в университете не очень так хорошие потому, теперь [неразборчиво], но раньше [с пищей?] не было так хорошо. Что касается занятий, это основной. У нас на архитектуре студентов здесь всего 70. Профессора всего несколько хороших, остальные не [учет нас очень многими?] до исключения нескольких.

David Boder

А, как отношение между студентами?

Nathan Finkel

Между студентами отношение довольно корректное. Хотя я еврей, [и чувствую?]

David Boder

[неразборчиво].

Nathan Finkel

И чувствую, что здесь очень много есть моих самых, аг, таких врагов, самых таких [зарядившихся?] врагов, ну все-таки, я этого никогда не чувствую.

David Boder

Вы как? Вы чувствуете или не чувствуете?

Nathan Finkel

Я чувствую, потому что знаю, что они [неразборчиво], ни это [не доказывают?] отношение ко мне. [Наруже?] этого не видит.

David Boder

Так . . . Может быть это просто ваша подозрительность?

Nathan Finkel

Это . . . Может быть вся моя подозрительность, но так как я узнаю, что здесь украинцы, что здесь литовцы. Они были наши убийцы, потому что нас не немцы убивали, а только украинцы и литовцы и все.

David Boder

Но литовцы только беженцы?

Nathan Finkel

Не все бежы.

David Boder

Ну, понял . . . дальше.

David Boder

Ну, и что вы ожидаете от этого университета? У вас родственники в Америке есть?

Nathan Finkel

У меня есть родственники, но я о них очень мало знаю. И как [исправление] пока не связался еще с ними. Я думаю заниматься, пока что здесь условия есть лучшие чем [те где-нибудь в стране?], так я хочу здесь учиться.

David Boder

Ага, а почему [ведь на местный?] университет не пойдете?

Nathan Finkel

Я теперь поступаю.

David Boder

Какой?

Nathan Finkel

С немецкими [сейчас Мюнхен?] после второго семестра.

David Boder

В архитектуре?

Nathan Finkel

В архитектуре, да.

David Boder

А кто это для вас платить будет?

Nathan Finkel

[Для нас платить мы?] освободили.

David Boder

И . . .

Nathan Finkel

[прерывающий] Всех еврейских студентов [освобожден?] оплатить.

David Boder

Кто это освободил вас?

Nathan Finkel

Освободил нас наш союз студенческий, который здесь находится.

David Boder

[Этот союз?] еврейский?

Nathan Finkel

Это специальный еврейский союз находится здесь 210 студентов евреев. Раньше все почти были здесь на УННРА университете. Теперь большинство [перенесет?] в немецкий университет. Так как сам и условия на уâ [остановками], условия лучше

David Boder

Так.

Nathan Finkel

Здесь не всех приспособлений не нужно, потому что этот университет [здесь нарастает остальных?] . . .

David Boder

Да.

Nathan Finkel

. . . переставят. А там уже [все?] на местные профессора [во первых лучше?].

David Boder

Так.

Nathan Finkel

С другой стороны там [неразборчиво] [учиться?] так как мы [находимся в связей?] немцы.

David Boder

А вы думаете, что немецкие студенты такие же плохие как они были при Гитлере?

Nathan Finkel

Они остались все-таки [эти скисания?] , потому что [есть они?] явно этого не заговаривают, но чувствуется их [неразборчиво].

David Boder

[Кто это?] высказывает? Может быть вы просто подозрительные люди.

Nathan Finkel

Высказывается [в том?], что очень часто даже замечается как один указывает на другого что здесь слишком много [живущих?] евреев.

David Boder

А между прочим это освобождение отплаты, что [студенческий союз?] платить или немцы освободили отплаты?

Nathan Finkel

Немцы, государство баварское . . .

David Boder

Так.

Nathan Finkel

. . . освободило нас. Это [неразборчиво] [бундес-?] министр освободил . . .

David Boder

[прерывающий] А Украинцы не свободны от платы?

Nathan Finkel

Не все. [Не как?] [неразборчиво] мы.

David Boder

Или поляки?

Nathan Finkel

Тоже [они, но не все?], а еврейские освободили.

David Boder

Так, что вы думаете переместить в Мюнхенский университет?

Nathan Finkel

Да. Я уже [записался?]

David Boder

Есть ли что-нибудь, который вы захотели сказать американским или еврейским студентам в Америке?

Nathan Finkel

Есть.

David Boder

Скажите.

Nathan Finkel

Нам очень [неразборчиво] надо помочь. Особенно у нас нет книг. Если эта возможность у американских студентов, чтоб нам эти книги [переслать?]. Кроме того, мы хотим [набежать?] с ними отношения [писать им?], чтобы они нам тоже писали. [Менять опытом?]. Мы очень много конечно отстаем, так как 6 лет не занимались и [отстали вообще?] культуры и хотим все это теперь делать. У нас отношения [и условия?] очень, аг . . .

David Boder

Душевные.

Nathan Finkel

. . . душевные. Очень долго [занимают?].

David Boder

Скажите вот что. Вы знаете что такое Гилели фонд?

Nathan Finkel

Что такое Гилели фонд очень хорошо знаю, потому что здесь при [неразборчиво] Мюнхен. Этот представитель был Мистер [Десло?]. Он очень много [неразборчиво] себе еврейских студентов и говорил он им о Гилели фонд. Некоторые записали, особенно те, которые хорошо знают английский язык.

David Boder

А может быть [они в том?] [неразборчиво] записаться [неразборчиво].

Nathan Finkel

[прерывающий] Да.

David Boder

Гилели фонд ведь могло быть что-нибудь делать для вас всех.

Nathan Finkel

Пока очень мало сделали, за исключением того, что Мистер, Мистер [Десло?] нам рассказывал об этом и студенты записывали. До сих пор еще ничего . . .

David Boder

[прерывающий] Они организации тут не устроил.

Nathan Finkel

Не устроили ничего. А нам [неразборчиво] очень много нам надо помочь, потому что никаких почти условий [неразборчиво] нет. Теперь УННРЫ помогает нам. Все будет после этого . . .

David Boder

[прерывающий] Ну, я думаю, что это как [студенческий интервью?]. Я бы хотел с вами говорить значительно дольше. Ну, время . . . [запись заканчивается внезапно]

var english_translation = { interview: [ David Boder

[In English] Munich, September the 24th, 193â, 1946, at the UNRRA University for displaced persons at the Deutsches Museum. The interviewee is now Nathan Finkel from Rovno, a Jewish student at the university. He will speak Russian.

David Boder

[In Russian] Ah, how . . . How old are you?

Nathan Finkel

I am 26 years old.

David Boder

So. Well, [sit down and?] [unintelligible] and speak like so, that [unintelligible]. Tell me please where you were when the war began.

Nathan Finkel

When the war began, I was in Rovno.

David Boder

So. And were the Russians in Rovno before the war?

Nathan Finkel

[unintelligible]

David Boder

No, no, no. I am thinking [unintelligible] when Rovno was in Poland.

Nathan Finkel

Yes. It was in Poland.

David Boder

Well, so. When the Germans entered [stutters] western Poland. Did the Russians enter, ah, did the Germans enter Rovno or did the Russians enter Rovno?

Nathan Finkel

The Germans entered western Poland in 1939.

David Boder

No, they got . . . they got to eastern Poland.

Nathan Finkel

To eastern [unintelligible].

David Boder

So, therefore, I am also saying: The Russians entered eastern Poland. Well, okay. You [unintelligible] of this time and continue then, tell me what happened to you?

Nathan Finkel

I was working in Rovno from 1939, then I left in 1940 for [unintelligible].

David Boder

Well, wait a bit. When did the Russians enter Rovno?

Nathan Finkel

In September 1939.

David Boder

Stop! What happened then?

Nathan Finkel

Then I [unintelligible] from [my] family. We all stayed put.

David Boder

So.

Nathan Finkel

I got work again. I left for L'vov to get a job. I studied at the Polytechnical in L'vov.

David Boder

And did the Russian also capture L'vov?

Nathan Finkel

Also. And also western Ukraine.

David Boder

So. [both talking at once] Western Ukraine and . . .

Nathan Finkel

[interrupting] Western Ukraine and eastern Poland.

David Boder

So.

Nathan Finkel

[unintelligible]

David Boder

So.

Nathan Finkel

In 1941, in June when the war had begun between Germany and Russian, I [unintelligible] after the start of the war, I went to Rovno. I was in Rovno three months in all, because very great persecutions had begun [unintelligible] by the Germans . . . By the Germans.

David Boder

So.

Nathan Finkel

Everyone was taken for work as soon as six months after the start of the war. Ah. In the month of December they already had killed seventeen thousand Jews in [about one week?].

David Boder

How did they kill them?

Nathan Finkel

They [divided?] from the morning all to gather in the square with [unintelligible] and it was forbidden to bring anything larger with themselves.

David Boder

So.

Nathan Finkel

And after everyone [unintelligible] [he only left?], it was those who didn't work.

David Boder

So.

Nathan Finkel

And [unintelligible] to leave, that is from the SS, the SS [they got off?]

David Boder

So.

Nathan Finkel

They were taken six kilometers outside of town. A place was already prepared there for them and they shot [them] for three days and they threw them already [into a hole?], into holes there and buried [them].

David Boder

So.

Nathan Finkel

I . . .

David Boder

[interrupting] Who dug these holes and who . . .

Nathan Finkel

[interrupting] It is evident the Ukrainians did the digging.

David Boder

So . . . Well, go on.

Nathan Finkel

Only the Ukrainians were involved [with them?], and the Germans only [did the shooting?]. [That it, the Germans?] gave the orders. The Germans had [unintelligible].

David Boder

So.

Nathan Finkel

The only gave the orders. The Germans [so?].

David Boder

So. Well, go on.

Nathan Finkel

Well, I was no longer in Rovno then.

David Boder

And where were you?

Nathan Finkel

I had fled them and again a month after this I fled to western Poland.

David Boder

So.

Nathan Finkel

There it was a little better with the Jews, that . . .

David Boder

[interrupting] To western Poland [unintelligible]?

Nathan Finkel

To western Poland. I fled to the city of Sosnowiec.

David Boder

[unintelligible]. So.

Nathan Finkel

Yes, to Silesia. There was already a ghetto there, and I was in the ghetto a year and a half. I was working in [Skopje?], this is how they called it in German.

David Boder

Yes.

Nathan Finkel

It was very hard from morning to evening and it was especially bad for us with the food.

David Boder

Well . . .

Nathan Finkel

So. Because the Germans left very little for the ghettos. As early as [stammers] at this time they began [to take us?] to concentration camps. They [were bringing?] these places arbeitslagers [forced labor camps], that means we worked there. [For me?] my brother and I gathered and I was in the Gross-Rosen camp in Silesia. I worked all the time. I worked very hard. Of course [in the village?] [unintelligible] [we already had gotten bad?] only perhaps two men. We live in barracks. The food was very bad, we got ill and hundreds died there. A hundred men can be located in one room, and at the plant, at the factory, where we work there were such squares [we formed anxiety?]. It was very hard. The Germans treated us very badly.

Nathan Finkel

I was working [of everything I didn't have?] The last two months before the end of the war, I already was thinking that it would be my end, because I got sick several times, only [because of their?] [unintelligible] from too difficult work. I worked in the square.

David Boder

What does it mean, "in the square"?

Nathan Finkel

In the square of this construction area. A military plant construction area. Several comrades were with me and they all died because I was somewhat [unintelligible], I managed to survive. We supplied kava. there was a lot of kava there, it was [camp?] kava. I got considerably ill [unintelligible] from it . . .

David Boder

[interrupting] [unintelligible] you think?

Nathan Finkel

Coffee, coffee. Yes.

David Boder

So.

Nathan Finkel

And very many died before it. [And hemorrhoids interfered?], and after the operation they did not [do?] and they died. At the other, in Silesia there were very many camps.

David Boder

So.

Nathan Finkel

The girls worked there. The majority, they worked in the factories . . .

David Boder

[unintelligible]

Nathan Finkel

I was in this camp in Gross-Rosen until March 1945. The Germans started to [unintelligible] us in March.

David Boder

[How long?] were you in Gross-Rosen this time?

Nathan Finkel

This time I was in Rosen a year and a half.

David Boder

So.

Nathan Finkel

[They evacuated?] us to the west. I ended up in Buchenwald.

David Boder

So.

Nathan Finkel

It was horrible in Buchenwald. There were hundreds, thousands of people, and all were in horrible conditions there because then there were being transferred and no one in the camp was healthy, the other [was] because the Germans were running before the Russians. Everyone was afraid. We were under [the fire of the sky?] in Buchenwald almost day and night, because there were no facilities for us. So I myself [successfully?] [unintelligible] worse. [Had to wait to the time?] until March 1945, many were spared [their lives?]. So, the final month, especially in the final days, [thousands?] died [a day], because [unintelligible] they didn't take us [we went with it?], and we walked. So, on the road, who only showed weakness [unintelligible], they killed immediately. They killed [them]. So, there were fewer and fewer left on the road . . .

David Boder

So, well, ah, ah, you were in Buchenwald.

Nathan Finkel

Yes. I was there only a month and a half.

David Boder

So.

Nathan Finkel

[I was there at the end of the war?]. [Quality of recording suddenly gets much worse here.] Well, then they liberated us and I of course was here in the American zone.

David Boder

So. Well right now [weak and unintelligible] in the American zone [too weak and unintelligible], tell [me] in detail [weak and unintelligible].

Nathan Finkel

From the very beginning of liberation I was in the Feldafing camp. It was a special camp for Jews. There were [six thousand?] [unintelligible]. Conditions were [unintelligible] [poor?]. [Unintelligible]. The American endeavored [in any?] [unintelligible] [with me?].

David Boder

Who founded Feldafing?

Nathan Finkel

The Americans founded Feldafing.

David Boder

You know [unintelligible].

Nathan Finkel

No, I don't.

David Boder

So, [unintelligible].

Nathan Finkel

[unintelligible]. Well, because I arrived [later?], I [did not avoid the very beginning?] and [also?] then it wasn't.

David Boder

So. Yes.

Nathan Finkel

I was in this very camp until January 1946. In January 1946, I found out that [unintelligible] university here. I decided to come here to Munich to get involved. I got an apartment and in March [both talking at once]. I got a private apartment.

David Boder

Did the German assign [it] to you?

Nathan Finkel

Yes, the Germans assigned [it] to me, a private apartment. A good room.

David Boder

You are what, a bachelor?

Nathan Finkel

I'm a bachelor. I have a brother here. I have no one else from the family.

David Boder

From where did [he take?] [your] brother?

Nathan Finkel

My brother has been with me all the time, in the camp, too. We have been together since Szczecin. And here [unintelligible] all the time . . .

David Boder

[interrupting]What does your brother do?

Nathan Finkel

My brother is also here at the university [unintelligible] [on the second?] . . .

David Boder

[interrupting] Ah, what are you studying?

Nathan Finkel

I am studying architecture.

David Boder

So . . . okay . . . That means your brother [unintelligible] [you went after?]?

Nathan Finkel

To be involved.

David Boder

So . . . Well, and how are [these?] conditions at the university, you, ah, what . . .

Nathan Finkel

Conditions at the university are not so very good, now [unintelligible], but earlier it wasn't so good [with the food?]. What touches on the lessons, that's the main thing. We have a total of about seventy students in architecture. Only several professors are good, the rest do not [teach us very much?] to the exclusion of several.

David Boder

And how is the relationship between the students?

Nathan Finkel

The relationship is rather correct between the students. Although I am a Jew, [and I feel?]

David Boder

[unintelligible].

Nathan Finkel

And I feel that here are very many of my worst ah, enemies, very [inspired?] enemies, well, nonetheless, I never feel it.

David Boder

You how? Do you feel it or not feel it?

Nathan Finkel

I feel it because I know that they [unintelligible], nor this [they do not show?] relationship toward me. [Outwardly?] it isn't seen.

David Boder

So . . . Perhaps this is just your suspiciousness?

Nathan Finkel

It is . . . Maybe all my suspiciousness, but since I know that there are Ukrainians here, that there are Lithuanians here. They were our killers, because the Germans didn't kill us, but only the Ukrainians and the Lithuanians, and all.

David Boder

But the Lithuanians are also refugees?

Nathan Finkel

Not all of them are refugees.

David Boder

Well, I understand . . . go on.

David Boder

Well, and what do you expect from this university? Don you have any relatives in America?

Nathan Finkel

I have relatives, but I know very little about them. And how [corrects himself] I still haven't gotten in touch with them. I think being involved, for the time being the conditions are better here than [those somewhere in the country?], so I want to study here.

David Boder

Aha, and why won't you go [to a local?] university?

Nathan Finkel

I am dealing with that now.

David Boder

Which one?

Nathan Finkel

With the Germans [now Munich?] after the second semester.

David Boder

In architecture?

Nathan Finkel

In architecture, yes.

David Boder

And who will pay this for you?

Nathan Finkel

[We?] have been exempted [of payment for us?]

David Boder

And . . .

Nathan Finkel

[interrupting] All Jewish students [are exempt from?] payment.

David Boder

Who exempted you from it?

Nathan Finkel

Our student alliance that is here exempted us.

David Boder

[This alliance?] is Jewish?

Nathan Finkel

It is a special Jewish alliance located here of two hundred and ten Jewish students. Earlier almost everyone was here at the UNRRA University. Now the majority [will transfer?] to a German university. Since oneself and the conditions at [stops], the conditions are better.

David Boder

So.

Nathan Finkel

Not all the devices are needed here because this university [is forming the rest here?] . . .

David Boder

Yes.

Nathan Finkel

. . . they will swap. And there already [everyone?] for the local professors [firstly is better?]

David Boder

So.

Nathan Finkel

On the other hand, there [unintelligible] [to study?] since we [are located in contact?] the Germans.

David Boder

And do you think that the German students are just as bad as they were during Hitler's time?

Nathan Finkel

They have been left nonetheless [these sour things?] , because [they?] clearly don't address it, but it is felt their [unintelligible].

David Boder

[Who?] expresses [this?]? Perhaps you are simply suspicious people.

Nathan Finkel

It is expressed [in the fact?] that very often it is even noted as one indicates to the other that there are too many [living?] Jews here.

David Boder

And by the way, this exemption from payment that the [student alliance?] to pay or the Germans exempted the payment?

Nathan Finkel

The Germans, the Bavarian government . . .

David Boder

So.

Nathan Finkel

. . . it exempted us. It is [unintelligible] [Bundes-?] minister exempted . . .

David Boder

[interrupting] And the Ukrainians have not been exempted from payment?

Nathan Finkel

Not all. [Not how?] we [unintelligible].

David Boder

Or the Poles?

Nathan Finkel

Also [they, but not all?], but the Jewish exempted.

David Boder

So, what do you think about relocating to a Munich university?

Nathan Finkel

Yes. I have already [signed up?].

David Boder

Is there something you would like to say to American or Jewish students in America?

Nathan Finkel

There is.

David Boder

Tell me.

Nathan Finkel

We really need [unintelligible] help. We especially don't have any books. If there is the possibility for American students to [send?] us these books. Moreover, we want [run?] relationships with them [to write them?] so that also write us. [To exchange experience?]. We are very much behind of course, since we have not been involved for six years and [generally we have left?] culture and want to do all this now. We have relationships [and conditions?] are very, ah . . .

David Boder

Emotional.

Nathan Finkel

. . . emotional. [They have been occupying?] for a very long time.

David Boder

Tell me. Do you know what the Hillel Foundation is?

Nathan Finkel

I know very well what the Hillel Foundation is, because here with [unintelligible] Munich. This representative was Mr. [Deslo?]. He [unintelligible] very much for himself the Jewish students and told them about the Hillel Foundation. Some have signed up, especially those who know English well.

David Boder

And perhaps [they in that?] [unintelligible] to be signed up [unintelligible] . . .

Nathan Finkel

[interrupting] Yes.

David Boder

[continuing] . . . so the Hiller Foundation may have been something to do for all of you.

Nathan Finkel

So far they have done very little, with the exception that Mr., Mr. [Deslo?] told us about it and the students signed up. Up to now still nothing . . .

David Boder

[interrupting] They haven't built any organization here.

Nathan Finkel

They haven't built anything. But for us [unintelligible] it is necessary to help us very much because there almost are no [unintelligible] conditions. Now the UNRRA people are helping us. Everything will be after this . . .

David Boder

[interrupting] Well, I think that this is like a [student interview?]. I would like to talk with you significantly further. Well, time . . . [recording ends abruptly]